Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Onslaught

Мужских причесок псто

Есть кое-что, чего я не могу понять у современных молодых людей, моложе меня лет на 5 - 10.

В советское время, когда мы учились в школе, для школьников существовал определенный дресскод. К нему относилась не только школьная форма, но и прическа. Мальчиков стригли "под горшок". В одно время даже существовали правила, на каком расстоянии от бровей должна быть челка. Всякие вольности недопускались и считались неприличными. За слишком длинные или слишком короткие волосы могли сделать выговор.
Старшеклассники и студенты уже могли стричься как-то по-своему, но все равно, выбор у них был невелик: модельная стрижка, еще какая-то там. В ХХ веке была популярна прическа на пробор сбоку, как у британских принцев. Но носить какую-то оригинальную стрижку считалось дерзостью, менты иногда даже стригли хиппарей, и т.п.
Когда в 90-ые дресскод отменили, не все сразу стали от него отходить: многие по-привычке продолжали носить школьную форму. Все происходило постепенно. Тогда многие школьники кроме отказа от надоевшей формы стали делать себе прически, чтобы выделиться от массы. Кто-то еж себе сделает, кто-то набок волосы положит, и т.п. В середине 90-х ходить в школьной форме или носить прическу под горшок уже считалось серостью, и когда таких людей стало меньшинство, над ними уже начинали подтрунивать и издеваться. "Почему бы тебе не сделать себе нормальную прическу?", "Что ты как дебил стрижешься?", можно было услышать.
Сам я где-то с середины 90-х стал коротко стричся и зачесывать волосы назад. Школьная прическа под горшок всегда вызывала у меня жуткое отвращение. Но мама по-другому стричь не умела, а в парикмакерскою водить не хотела. Наконец, какими-то мучениями пришлось уговорить ее научиться стричь по-другому. В последствии удалось избавиться от парикмахерских услуг матери, и ходить к нормальным парикмахерам. Из-за того, что от усталости моя голова имеет привычку наклоняться направо, волосы стали сами по себе ложиться на эту сторону. По этому ко мне приклеилась прическа с пробором слева, которая была в моде в прошлом веке. Потом, когда стал отращивать длинные волосы, они сохранили привычку ложиться направо, и сохраняют ее и по сей день.

С тех пор прошло уже много лет, но вот чего я не могу понять. Я вижу кучу парней, которые сами, добровольно, стригутся так, как нас принудительно стригли в первых классах советской школы. Я не понимаю: как взрослый мужчина может стричься под советского школьника 70-х - 80-х??? Я могу понять, когда люди бреют голову налысо, или делают дреды. Когда мужчины красят волосы или делают мелирование, мне это тяжело понять, но уж и к этому я как-то привык. Но когда вижу человека с прической под советского школьника, несмотря на то, что у меня немало подобных знакомых, меня все-равно изнутри выворачивает.
Praying Hands

Барабанщик по прозвищу «Бог»



Борис Иванович Богрычев

10.07.1953 - 04.04.2001

Десять лет назад ушел из земной жизни мой любимый учитель и замечательный музыкант – барабанщик Борис Иванович Богрычев, участник таких известных коллективов, как Веселые Ребята, Аракс, а также – Орфей и Витязи… Я не знаю даже всех групп, в которых он играл. В альбоме «Любовь – Огромная Страна», считающимся одной из лучших работ Веселых Ребят, звучит именно его ударная установка.

В музыкальной школе, где я учился, Борис Иванович был заведующим нашим эстрадным отделением, вел у нас ансамбль и преподавал одно время теорию.

Так получилось, что мне выпало его знать лишь в последние два с половиной года его жизни. Он очень быстро стал для меня совершенно родным человеком. Также, как и ушел от нас.

Иногда, стоило мне прийти на занятия чуть пораньше, можно было издали услышать нечто зубодробильное на ударной установке, доносящиеся из кабинета. Это означало, что Борис Иванович уже на месте и ждет нас.

Когда нам отремонтировали помещение побольше, он сразу собрал в нем внушительных размеров установку, примерно из двух с половиной комплектов, которая занимала довольно много места. Редко кто из музыкантов, заходивших к нам, мог не задержать свой взгляд хоть на минуту на этом произведении человеческих рук. А когда Борис Иванович играл на ней свои сумасшедшие соло – это надо было не только слышать, но и видеть.

При этом, он обладал способностью петь одновременно с игрой на ударных. Если по какой-то причине не было микрофона, или его не удавалось дотянуть до установки – Бориса Ивановича это нисколько не смущало: он мог спокойно петь и без микрофона, и голос его был отлично слышен под грохот ударной установки и остальных инструментов. Что такое звук ударной установки в небольшом помещении, знают, наверное, только музыканты: когда тебя будто дергают за кишки, а в ушах звенит так, как будто тебя били головой об асфальт. Зрители в зале не ощущают это в полной мере, в отличие от музыкантов, которые находятся непосредственно рядом с этой адской машиной.

Борис Иванович обладал потрясающим чувством юмора. С ним никогда нельзя было соскучиться. От него я узнал такие выражения, как «мужикальная грамота», «ансамблюй»… «Чего в прошлый раз не пришел?.. У тещи менструация?», можно было услышать от него порой. Рассказывал он также много веселых историй из жизни… Про военрука из училища, который подумал, что «пульт» это чья-то фамилия; как отпрашивались у него, чтобы «разгружать машину сушеных бемолей»… Про барабанщика-любителя, который выписывал партии ударных русскими буквами, на манер «Турум-турум-бах! Бздыщ!!!».

Поначалу было совсем незаметно, что этот веселый и жизнерадостный человек – смертельно болен.

В последние два года жизни он перенес несколько инсультов, об одном из которых он узнал неожиданно для себя – придя на прием к врачу. Диабет, которым он болел уже давно, постепенно съедал его организм, вызывая атеросклероз и гипертонию.

Из-за болезни Борис Иванович был вынужден есть по часам. Я был свидетелем того, как он обедал прямо во время репетиции школьного оркестра: играя на ударной установке, он каким-то образом умудрялся выхватывать из под полы куски своего обеда. Когда он заметил, что я застал его за таким странным занятием, его лицо охватила его неповторимая, сияющая улыбка. "Как хочется чего-нибудь вкусненького, а нельзя.", сказал он мне как-то однажды...

При мне его несколько раз клали в больницу. Он не переставал ходить на работу даже с давлением под двести. Что уж тут говорить, когда его жена порой приходила с ним, потому что боялась, что с ним что-то случится. Порой, после игры он с трудом вставал и хромал: из-за диабета у него на ноге не заживал палец. После одного из последних инсультов он почти потерял зрение. В последний год жизни он двигался так осторожно, как будто резкое движение могло его убить. Возможно, - так оно и было.

Бодрый, и жизнерадостный человек быстро угасал на наших глазах. Я видел, как потрясающе сильный человек был подкошен смертельной болезнью.

При этом, у Бориса Ивановича всегда была идеально прямая спина. Не зависимо от того, сидел он или стоял, усталый был или бодрый – он никогда не сутулился.

Известный музыкант, который долгие годы вызывал восхищение публики разных стран, и уважение коллег, в последние годы жизни оказался никому, кроме самых близких, не нужен, стал жить на нищенскую зарплату и продавать свои инструменты. Свою старую установку, синюю с перламутровым отливом, с которой он ездил на гастроли с Пугачевой, он продал одному из своих учеников. Когда этот ученик узнал от меня, где бывала эта установка, и кого видела – он перепродал ее своему другу в два раза дороже, чем купил.

Когда я уже не учился в той школе, я иногда приходил туда, проведать старых друзей. Я помню, как однажды, стоило мне войти в кабинет и с кем-то поздороваться, я услышал откуда-то издали столь родной и радостный голос Бориса Ивановича: «Костя пришел!». Несмотря на то, что ему уже тяжело было вставать, он встал и пошел пожимать мне руку. Боже мой, как он рад был тогда меня видеть!..

Однажды, зимним вечером, на улице мне встретился человек, который шел навстречу мне, внимательно всматриваясь себе в ноги, аккуратно шагая по скользкой земле. Это Богрычев шел на работу. Мы жили неподалеку друг от друга. Когда я окликнул его, он поднял глаза, но по его взгляду я понял, что он меня не видит. Лишь когда я подошел ближе, он увидел меня. Мы перекинулись парой слов и попрощались… Тогда я и не мог знать, что вижу его в последний раз…

Он не дожил до сорока восьми лет…

Когда он ушел от нас, я почувствовал, что потерял большую опору в жизни, и до сих пор не могу смириться с тем, что он ушел так рано…

Недавно я узнал, что старые друзья называли его «Бог». Возможно – из-за созвучия с его фамилией,.. а может быть – и по какой-то другой причине…

Ave Satani!

Первое сентября - "день знаний" в моем детстве, а точнее - день шока

Сегодня исполняется ровно 20 лет с того дня, когда я первый раз пошел в школу - это было 1 сентября 1989 года.
В жизни каждого цивилизованного человека есть свое первое сентября, и редко кто забывает этот день. Почти каждый может в деталях вспомнить этот день своей жизни, кто с ностальгией, а кто - с другими чувствами.
В моей же памяти этот день остался как пожалуй день самого большого удивления и ошеломления за взю жизнь, если не сказать матерными словами. Этот день я не забуду никогда.
До школы я почти не общался со сверстниками: в детсад меня, как и братьев, не отдавали, и нигде, кроме музыкальной школы я в то время не занимался.
Самый первый урок еще не вызывал никаких потрясений. Он назывался "урок мира". На нем мы обрисовывали по контуру свою ладонь на цветной бумаге, затем вырезали все это и клеили всем классом из этих ладошек большую радугу на бумажном плакате. Сюрприз меня ждал впереди...
Первый урок арифметики. Учительница пишет на доске "1+1". Я уже не помню, спрашивала ли она у класса что это такое написано на доске, но когда она спросила у класса "сколько это будет", на мое удивление класс молчал. Я не понимаю что происходит. Почему они молчат?.. Решил проверить, вдруг здесь какой подвох. Потянул руку, ответил, что это будет 2. Молодец! Когда дело дошло до других примеров вроде "1+2" или "2-1", класс продолжал молчать. Поняв, что меня спрашивать бесполезно, т.к. я такое решал еще года в три, учительница стала спрашивать других ребят, но очень мало кто из них мог дать правильный ответ. Каково же было мое удивление, когда кто-то из класса стал ошибаться и давать неправильные ответы.
Для меня это было словно гром среди ясного неба. "Они что - не умеют считать???" Оказалось - так оно и было, но об этом чуть позже.
Сюрпризы на этом только начинались.
Первый урок чтения прошел примерно также, только уже с буквой "а". Страшным шоком для меня тогда было узнать, что большинство одноклассников не знают букв, а те немногие, кто знают, читать все равно толком не умеют.
Когда через несколько дней стали выдавать первые учебники, оправдались мои самые хучшие опасения. Пролистав учебник по арифметике я увидел лишь сплошные 3+2 и 8-7, с ужасом представляя, сколько же времени придется потратить на эту ерунду. Решил заглянуть на последнюю страницу. Задачу, которая на ней была написана, я тоже запомнил на всю жизнь. Она была примерно такая:"Машина привезла на склад 8 бревен. Затем приехала вторая машина и привезла еще 8 бревен. Сколько всего бревен привезли машины?". Тут-же решив эту задачу в уме, я посмотрел на этот увесистый учебник и подумал:"И мы целый год будем заниматься этой ерундой?".
Мне трудно описать, что я думал тогда, словами, ибо таких слов я в те годы не знал...
Слово "пиздец" я появилось в моем словарном запасе лишь несколькими годами позже.
С самого раннего детства вставать с утра для меня было тяжелым мучением. В школу меня каждое утро будили с великим трудом: просыпался я уже по дороге, страшно проклиная утро и школу.

* * *

- Костя, ты будешь решать задачу или на доску смотреть!?
- А я уже все решил.
- Ну-ка покажи...

* * *

- Костя, выйди пожалуйста к доске и объясни всему классу, сколько матрешек было в корзине.

* * *

А потом опять утро, опять страшно хочется спать и опять меня куда-то тащат.
Ради чего были все эти мучения бедному ребенку, до сих пор не понимаю.
Хорошо помню первые выходные в своей жизни: 1 сентября 1989 года приходилось на пятницу, в след за которой шли суббота и воскресенье, которые так быстро пролетели. Преследующее меня эти дни ощущение, что вот-вот придется вернуться в школу, и этого не избежать, передать словами очень сложно.
Я, конечно, не был отличником по всем предметам. Мне с самых первых дней тяжело давалось письмо. Я не понимал, как люди, которые не умеют читать и считать, так легко рисуют в прописях эти закорючки.
Но, должен признаться, писать я не умею до сих пор. Еще лет десять назад я еще как-то вырисовывал ручкой слова, записывая лекции, и иногда даже мог потом разобрать, что сам написал. Но сейчас, сколь я не пытаюсь записать что-то на бумаге, у меня получается лишь странная кривая линия, нисколько не напоминающая буквы. И если раньше я еще мог как-то расписаться на документах, то сейчас моя подпись превратилась в какую-то странную закорючку, скорее напоминающую беглый росчерк охранника или кассира на чеке, нежели какую-либо надпись на каком-либо существующем в природе языке, ибо ничего вразумительного я написать на бумаге не могу в принципе.
Так что уроки письма мне впрок не пошли. Только лишь потерял время.
В детстве мне все было интересно, и первые годы школы я терпел ждал, когда-же мы наконец будем заниматься чем-то действительно интересным. Но недождался. Зачем в пятом классе пол года мусолить десятичные дроби, когда и так все понятно?.. Все обучение в школе сводилось к тому, чтобы переписать, перечитать, пересчитать, заучить громадные объемы одинаковой и никому не интересной информации; вроде заучивания половины учебника, решения ста одинаковых и уже надоевших задач, переписывания целой страницы дробных чисел словами, и т.п. Выдержать такое, на мой взгляд, может только психически ненормальный человек.
Иногда, я урывками доставал учебники для более старших классов и вычитывал в них то, что мне было интересно. Но времени на это оставалось очень мало.
Кроме отвращения к обучению, школа мне ничего не дала. Один мой старый приятель как-то сказал:"Я не пониамаю людей, которые пошли работать в школу. Им что - своих одинадцати лет не хватило?..". Золотые слова!

* * *

В последствии я долго думал: почему наша образовательная система устроена таким странным образом? Неужели в министерстве образования не понимают, что они не учат детей думать и не развивают в них интерес к знанию, а лишь наоборот? Чему по сути учит школа?.. Заставлять себя с утра до вечера сидеть на месте и делать что тебе говорят, заниматься бессмысленным трудом. Зачем это все?..
В последние годы я стал понимать: государству нисколько не нужны думающие люди. Со школьных лет оно учит детей лишь усидчивости и послушанию, отбивая у них весь интерес к знанию и вкус к жизни, чтобы потом эти винтики с утра до ночи "пахали в три смены" и ни о чем больше не думали, кроме как о рюмке вечером, огороде в выходные, о пляже в отпуске, и о том, на какие деньги собрать ребенка в школу и выдать дочку замуж.
Смотрю я порой с жалостью на такого человека, который с утра до вечера всю жизнь сидит на своей работе, занимается одной и той-же ерундой из-года в год, и думаю: неужели ему нравится такая жизнь?.. И вижу его за партой в школьной форме. Еще встают перед глазами школьники из фильма The Wall, все в одинаковых масках, кадры, где из таких детей делают фарш в мясорубке... (если не смотрели - рекомендую посмотреть)
Одно радует - я не один это понимаю.

* * *

Всю свою жизнь, каждый раз, когда я узнавал что-то новое о человечестве и людях, это вызывало у меня удивление и разочарование. Каждый раз я с сожалением понимал, что раньше думал о людях лучше. Но мое первое первое сентября в этом ряду стоит особняком. Этот день я запомнил на всю жизнь.